ГлавнаяРегистрацияВход
Пантера Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта

Категории каталога
Акционерное общество «Ландскнехт» [3]
История Франции 14 в. [4]

Мини-чат
200

Главная » Статьи » Страницы истории » Акционерное общество «Ландскнехт»

1. Ландскнехт — это звучит гордо
Время ландскнехтов

Каждый раз, когда приходит День Зарплаты, мне на ум приходят мысли о ландскнехтах, а в плей-лист — соответствующие песни. Ибо что ещё милее сердцу наёмника, чем заработанные собственным потом дукаты и флорины? Разве что полновесные испанские дублоны...
Когда я вижу рассуждения о том, что-де эпоха наёмных армий — это ни что иное, как упадок и деградация славного рыцарства, мне хочется спросить этих нытиков, что вообще они понимают в морали истории и истории морали. Даже если не говорить о том, что уже в начале XIV века рыцарское войско собиралось по такому же наёмному, а не «призывному» принципу, не были швейцарцы, ландскнехты и прочие солдаты Фортуны никаким декадансом. Их кодекс чести — всего лишь дальнейшее развитие кодекса чести рыцарей, такое же прогрессивное, как и их боевая тактика. Точнее, это развитие одного единственного постулата, но самого основного для западной цивилизации. Постулат этот был принципом отношений и между людьми, и между человеком и правителем, и даже между человеком и богом. Звучит он просто: «Ты мне — я тебе». Остальное только мишура.
Одни исследователи пишут, что принцип этот стал стереотипом поведения западного этноса благодаря специфическому подходу к религии. Действительно, языческое «Я щас тебе, Один, быков зарежу, а ты помоги набег на англов учинить» недалеко ушло от христианского «Святые угодники! — сказал де Браси. — Что делать? Обещаю поставить святому Николаю в Лиможе подсвечник из чистого золота…» Другие считают, что коренится этот принцип в самом рыцарстве. Но какая разница, кто тут прав. Важно то, что в рыцарском праве всё было построено на взаимных обязанностях, и пышные речи о верности сюзерену и прочих добродетелях имели ряд условий мелким шрифтом. Кондотьеры, швейцарцы и ландскнехты просто это правило взаимности абсолютизировали.
Тем они и симпатичны, все эти суровые дядьки, что знали себе цену, и не стеснялись потребовать от нанимателя эту цену уплатить. Честность наёмника в том, что если договор заключён, он выполняет его до конца и того же требует в ответ. Если же потом он перейдёт к тому, кто больше платит, кого винить нанимателю? Только себя, что платил недостаточно хорошо. Отличие наёмников от рыцарей только в том, что они больше не служили ни ради славы, ни ради почестей, ни ради обещаний золотых гор в будущем. Pas d'argent — pas de Suisse, нет денег — нет швейцарцев, и деньги вперёд. Нормальные трудовые правоотношения, а не чёрте-что, замешанное на куче условностей и предрассудков. Поэтому и мораль наёмников-ландскнехтов вполне подходит современному человеку, нисколько не устарев. И время нынче всё то же — время ландскнехтов.

Ландскнехт — это звучит гордо

Можно долго и увлекательно рассказывать о том, как и чем ландскнехты сражались, можно живописать их быт или читать, о чём они пели в песнях, но лучше я постараюсь показать, чем же они отличались от прочих наёмников.
Само явление наёмничества ведь старо как кости Ахиллеса. Всегда находились люди, которые бродили по миру и осведомлялись на каждом его перекрёстке, не нужны ли кому крепкие руки. И в Средневековье таких парней всегда было в достатке. Даже рыцари по сути своей всегда были наёмниками, и чем дальше, тем больше становились похожи на остальных солдат Фортуны. Ничего странного — когда войны идут одна за другой, границы меняются в одночасье и пылают все стороны света, твёрдо рассчитывать можно только на себя и на добытое мечом золото.
Создание отрядов ландскнехтов при императоре Максимилиане имело целью скопировать перспективный зарубежный продукт, чтобы не импортировать втридорога, а располагать им в собственной стране. Продуктом этим были швейцарцы (хотя они ещё так и не назывались). В ту пору их гордый народ считался поставщиком лучших воинов в мире, и причин такому уважению было предостаточно. Агрессия объединённых кантонов против надменной Бургундии привела к громким поражениям бургундцев, жирную точку в войне поставила гибель самого герцога Карла, а попутно и соседи-австрийцы тоже огребли от бравых швейцарцев вплоть до потери всякого интереса к горному народцу.
В принципе, армия бургундцев тоже была не лыком шита и организована вполне по-современному, но тогдашние военачальники, мучительно искавшие новое слово в тактике боя, решили, что победа Гельветской конфедерации доказывает безусловное превосходство её армии над прочими. Швейцарцы вошли в моду. Почти все, кому надо было по-быстрому надавать соседу-правителю по шее, захотели прикупить себе немножко швейцарцев. Тех это вполне устраивало, и герои-патриоты быстренько отправились в чужие армии за звонкую монету. Собственно, выбора у них особого не было: в то время с часами в Швейцарии было туго, сыр у других не хуже имелся, шоколад ещё не освоили, оставалось только экспортировать знаменитые швейцарские ножи, с приложением живого швейцарца, как компенсации за отсутствие у ножей многофункционала.
Будущий император Священной Римской Империи Максимилиан I был в то время романтическим юношей. По любви женившись на дочери бургундского герцога, в приданное он получил войну: после гибели Карла Смелого Бургундия превратилась в осиное гнездо, ибо внутренние мятежи чудесненько совпали с планами соседей, которые с гиканьем ринулись реализовывать наконец свои территориальные амбиции. Дальше было только хуже — на Священную Римскую Империю лезли со всех сторон, а в качестве бонуса её правитель получал необходимость постоянно совершать турне от Швеции до Италии, чтобы подавлять всевозможные мятежи и восстания. В общем, Максу скоро стало ясно: надо или создавать себе эффективную армию, или сразу заворачиваться в саван и ползти на ближайшее кладбище.
А что такое эффективная армия? Максимилиан подумал, и решил, что раз тесть его был немерено крут, то эффективная армия та, которая его разбила в хвост и в гриву. То есть швейцарцы. Но акции швейцарцев тогда были так высоки, что всё войско ими укомплектовать не выйдет. И император начал искать выход.
Сначала Максимилиан пошёл по пути «дёшево, но сердито» и созвал армию из фламандцев, которую организовал на швейцарский манер. Фламандцы благополучно победили французов при Гинегате... и разошлись кто куда. Ополчение ж. Макс понял, что такие фокусы не подойдут, и начал искать солдат на полный рабочий день.
На его призыв откликнулись наёмники из всех уголков Европы, включая Шотландию, Италию и Нидерланды, хотя основное ядро составляли уроженцы Южной Германии и Гельветской конфедерации. Под руководством швейцарских инструкторов началась подготовка личного состава, и вскоре сформировалась добротная армия. Некоторое время она очень успешно воевала, но через четыре года произошёл досадный казус. Овладев одной богемской крепостицей, наёмники заявили, что, мол, награбили мы себе изрядно, а вот жалованье нам чересчур задерживают, поэтому иди-ка ты, император на Будапешт один, наше тебе с кисточкой! И разошлись по домам. Макс понял, что эти гастарбайтеры тоже никуда не годятся, и начал искать более организованных солдат на полный рабочий день.
Решение он увидел в том, чтобы вместо цвета европейского наёмничества комплектовать полки почти одними германцами (только недостаточная образованность помешала императору сделать несколько заявлений о превосходстве арийской расы). Дальше началась процедура «губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича». От армии тестя Максимилиан взял превосходную систему снабжения и отличную внутреннюю организацию, от швейцарцев — общую тактику боя и дух всеобщего братства, а сверху сдобрил это воинской дисциплиной рыцарских орденов. Так и появились ландскнехты, сиречь «слуги родины».
Предпосылок к тому, чтобы ландскнехты стали мощной корпорацией, было полно. Прежде всего, вообще все средневековые люди сильно тяготели к корпоративным формам объединения. Если за спиной у ландскнехта было село — это означало общину, если он пришёл из города — то помнил жёсткую цеховую организацию. Да и вообще, индивид в то время не имел почти никаких шансов на успешное отстаивание своих интересов, выход был только в объединении с теми, чьи интересы с твоими совпадают. К насущной необходимости прибавилась и идеологическая обработка, которая вкладывала в ландскнехтов четыре главных идеи. Во-первых, быть жутко верным Империи и Императору (читай — не сразу возмущаться, что зарплату задержали). Во-вторых, знать, что ландскнехты ничем не хуже лыцарей (читай — и никому не зазорно там служить). В-третьих, чтить воинское братство ландскнехтов (иначе сплочённость разнородного контингента не обеспечить). В-четвёртых, помнить, что ландскнехты не чета прочим грязным наёмникам, они суть благочестивое войско, каковое токмо за правое дело на рать идёт, во славу фатерлянда и Господа Бога (три раза ха-ха). Кроме того, в отличие от рыцарей ландскнехты по одиночке мало чего стоили — они сражались только в составе обученных единиц, только в плотном строю с товарищами, и только так же могли отстаивать свои права. Но главное, что помогло ландскнехтам осознать себя как особую социальную группу, — это организация их разношёрстных полков.
Обычно формирование наёмных отрядов происходило просто. Когда какому-нибудь правителю нужны были солдатики, он обращался к какому-нибудь опытному вояке с реноме и харизмой. Реноме было необходимо для привлечения максимального количества подрядчиков, харизма — чтобы капитан мог баснями о золотых горах в будущем уговорить свою стаю товарищей не начинать массовое дезертирство при малейшей задержке жалованья. Особых формальностей тут не было — достаточно было устроить вербовочный пункт со знаменосцем и барабанщиком в людном месте, сколотить банду и отправиться за трудовым рублём в нужную горячую точку.
У ландскнехтов же всё было расписано до мелочей. Орднунг ист орднунг. Вербовщиков рассылали централизовано, каждому выдавали патент с указанием имени командира отряда (полковника), размера отряда, его структуры, суммы жалованья, условий службы и периода службы (обычно от трёх до шести месяцев). Оклад ландскнехта зависел от навыков и снаряжения, надбавки, штрафы и возможный период задержки строго оговаривались в договоре. Например, хотя дворянину автоматически назначалось двойное жалование, упор делался не на происхождение, а на наличие гарантированных рыцарским воспитанием военных навыков. Поэтому любой простолюдин мог получить такое же почётное место в платёжной ведомости, если предоставлял доказательства своего мастерства, например, принадлежности к стрелковой гильдии или фехтовальному братству, или явился на смотр в полном доспехе и с оружием.
Также чётко была продумана и внутренняя организация войска, которое было иерархически структурировано и наполнено невиданным доселе количеством должностей, служащих организации должного функционирования полков как боевых единиц. Права и обязанности капеллана, писаря, доктора, разведчика, квартирмейстера, переводчика, повара, казначея, знаменосца, трубачей и барабанщиков были исчерпывающе определены. Командная лестница тоже была непрерывна от самого императора и до последнего капитана с его заместителем-лейтенантом. Так, за дисциплину отвечал полковой профост, schultheiss — за исполнение законов, oberster feldweibel — за поддержание боевых порядков, провосту помогал hurenweibel, отвечавший за организацию обоза и проституток, отвечавший за склады stockmeister, отвечавший за охрану заключенных steckenknechte, а также nachtrichter или scharfrichter — полковой палач.
Ещё одним существенным отличием ландскнехтов была собственная система права. Прочие законы не имели над ними почти никакой силы, но они и не были нужны — жизнь ландскнехта полностью регулировали специальные «статейные грамоты», они же военные кодексы, они же артикулы. У ландскнехтов был свой список того, что считалось проступком, свои наказания и свои суды. Поэтому неудивительно, что в их пёстрой компании нашлось место юристам — в полках обязательно должен был быть шультхайс, который умел бы ориентироваться в противоречащих друг другу нормативных актах, правильно толковать статьи и применять их на практике. В целом же осознание того, что они живут по собственным законам, давало ландскнехтам уникальное для того времени чувство свободы. Здесь не важно было, из какого они сословия, здесь можно было не обращать внимания на запреты для гражданского населения и пользоваться специальными привилегиями. Естественно, что это ещё больше сплотило ландскнехтов как корпорацию.
Чтобы вы представили, насколько ландскнехты были свободны от прочих законов, можно привести пример с колдовством. Суеверие среди военных всегда было распространено. Когда человек оказывается в стрессовой ситуации, он тут же начинает истово верить, причём во всякую ерунду. Например, как-то раз ландскнехты наотрез отказались идти в бой. Типа, в день Избиения Младенцев в Вифлиеме (28 декабря), воевать не годится, это плохой денёк для любого начинания. Их командир Рене Лотарингский вынужден был грязно выругаться и изменить дату сражения. Ещё верили, что прочитав перед статуей Св. Варвары правильную молитву, можно вернуться из битвы невредимым, а взглянувший на образ Св. Христофора не испытает в тот день никаких напастей (над этим вздором обожал прикалываться Эразм Роттердамский, видимо, потому что сам никогда не был на войне, как и положено интеллигенту-гуманисту).
Ещё во времена ландскнехтов модно было заполучить какой-нибудь талисман, сделанный из субстанции, вызывающей сегодня рвоту. Самым шиком считалась «das Nothemd» — рубашка, сотканная и сшитая девственницей в ночь перед Рождеством, в сравнении с которой не котировалась лучшая миланская броня. По мнению опытных вояк, самым надёжным колдунством была бумажка, исписанная волшебными значками, проглоченная и запитая вином (которое необходимо предварительно перекрестить). Лечиться ландскнехты предпочитали тоже дедовскими методами, а не у полковых фельдшеров. В общем, волшбой занимались все: кто-то для защиты в бою, кто-то для меткости выстрела, кто-то для удачи в игре в кости.
И всё это ландскнехтам сходило с рук, как самому Папе Римскому, несмотря на бушующую вокруг охоту на ведьм. И «Молот ведьм» особенно оговаривал неприкосновенность войска, «находящего удовольствие в меткой стрельбе колдуна», и на практике отцы-инквизиторы ландскнехтов тоже не тревожили. Более того, все эти суеверия нередко приветствовались командованием, которое или поднимало так боевой дух, или само верило в чудодейственные ткацкие способности непорочных дев.



Источник: http://antoin.livejournal.com/732286.html
Категория: Акционерное общество «Ландскнехт» | Добавил: Dimdeadman (05.03.2009) | Автор: Dimdeadman
Просмотров: 793 | Рейтинг: 0.0/0 |
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа


Поиск

Друзья сайта

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Copyright MyCorp © 2020
Хостинг от uCoz